Возвращение к жизни

12:15 • 16 Сентября 2011


10 августа 2011
Автор: Наталья ЛУКАШ
Газета «Спасатель» №21

Возвращение к жизни

10 июля в МЧС России поступила информация о затонувшем на Волге в Республике Татарстан пассажирском теплоходе «Булгария». Первые данные были очень скудные - на тот момент не было даже точно известно, сколько людей могло находиться на судне.

Однако специалисты уже понимали, что их там могло быть значительно больше, чем спасенных, которых подобрало на борт проходящее мимо судно «Арабелла».

- Даже предварительные данные вызывали большую тревогу, поэтому мы сразу начали формировать группы для работы в зоне ЧС, - рассказывает директор Центра экстренной психологической помощи МЧС России Юлия Шойгу, которая руководила общей группировкой психологов в Татарстане. - Первыми выехали наши психологи из Казани, вслед за ними вылетели специалисты Приволжского филиала Центра экстренной психологической помощи. В это же время мы открыли горячую линию в Казани для родственников людей, находившихся на «Булгарии». В течение часа в Москве была готова к вылету большая группа наших специалистов. Но тогда мы еще не знали, что этих сил будет недостаточно, и буквально через день мы соберем своих лучших психологов со всей страны и направим в Татарстан.

С первых минут работы психологи окунулись в сложнейшую ситуацию горя и неизвестности, в которой находились близкие людей с затонувшего теплохода. Разрывался от звонков телефон горячей линии, сотни людей приезжали в речной порт Казани, надеясь получить информацию. А информации в тот момент было крайне мало... Оперативный штаб пытался собрать объективные списки людей, поднявшихся на борт теплохода. Ничуть не проще было узнать фамилии спасенных, все они находились в шоковом состоянии и лишь некоторые из них смогли найти в себе силы и связались с родственниками, находясь на борту «Арабеллы». Многие на берегу не могли дождаться звонков от близких, но все еще надеялись, что именно их удалось спасти.

В это время уже становилось ясно, что трагедия, случившаяся с «Булгарией», принимает огромные масштабы - число погибших и пропавших без вести может превысить 120 человек, а шансы выжить в холодной воде или проплыть несколько километров до берега минимальны. Но пока проводилась спасательная операция все - и близкие, и специалисты - продолжали надеяться на чудо.

Драматические события продолжали развиваться, когда «Арабелла» доставила в речной порт Казани спасенных людей. Несмотря на то, что удалось спасти 79 человек, среди них практически не было тех, кто, выжив сам, не потерял бы в катастрофе близких. Экстренная психологическая помощь была нужна всем: спасенным, их родным и родственникам тех, о чьей судьбе не было никакой информации.

- Первое, что делают наши психологи в чрезвычайной ситуации - это помогают пострадавшему человеку справиться с сильнейшими эмоциональными реакциями, которые захлестывают его, - рассказывает Юлия Шойгу. - Они очень энергозатратные и опасны как для самого человека, так и в какой-то степени они опасны для психологического здоровья окружающих. Человек, находящийся в таком состоянии, не всегда может справиться с накатившими на него эмоциям. Это может быть и страх, и гнев, и обида, и тревога, безысходность и острейшее чувство утраты, потери. Наша задача на первом этапе - помочь человеку найти силы и мужество жить дальше.

Психологи МЧС России, как и другие участники ликвидации последствий чрезвычайной ситуации, работали в круглосуточном режиме. Общая группировка специалистов со всей страны - от Сибири до Санкт-Петербурга - составила 35 человек. Все они проходили специальную подготовку и имеют опыт работы в чрезвычайных ситуациях.

Психологи работали на участках, где людям наиболее была нужна помощь. Во-первых, это затон им. Куйбышева, где располагался штаб по проведению поисковой операции. Именно сюда приезжало большое количество родственников тех людей, которые пострадали, погибли или чья судьба оставалась неизвестной. Они пытались получить информацию о том, что им нужно делать дальше и узнать любые данные о судьбе своих близких. Вторая точка - горячая линия, телефон которой на протяжении многих последующих дней после катастрофы ни на минуту не прекращал звонить. Еще одним местом работы стало бюро судебно-медицинской экспертизы, в котором проводилась процедура опознания тел погибших.

- В задачи психологов, которые работают в зоне чрезвычайной ситуации, входит не только оказание экстренной психологической помощи, но и информационно-психологическая поддержка родственников погибших и пострадавших, - объясняет Юлия Шойгу. - Вообще в любых чрезвычайных ситуациях информация имеет огромное значение: не получая ее, человек не понимает, что происходит вокруг и какие действия предпринимаются, ему кажется, что вообще ничего не происходит, оперативные службы работают плохо, и его охватывает состояние безысходности переходящее в ярость. Фактор неизвестности и информационного вакуума оказывает одно из самых пагубных воздействий на психику пострадавших людей.

Специфика поисковых работ в Татарстане была такова, что информация о судьбе пропавших без вести поступала не сразу, а постепенно, иногда она была противоречивой, возникали слухи. Внутренний мир людей, которые ждали любой информации о судьбе близких, разрывался от смешанных чувств - они продолжали надеяться на какой-то чудесный шанс и при этом страдали от полной невозможности что-то предпринять, чтобы хоть как-то помочь и изменить ситуацию. Человек, находясь в состоянии неопределенности, полностью дезориентирован, он не понимает, что ему делать дальше, ему остается только тяжелое и очень тревожное ожидание.

- Неправильно говорить, что в ситуации с «Булгарией» были моменты, когда не существовало никакой информации, - говорит Юлия Шойгу. - Иногда ее было мало или из разных источников поступали противоречивые данные. Тогда мы рассказывали людям о том, что происходит, как проводится поисковая операция, какие именно работы выполняют водолазы, что делает оперативный штаб. Для этих людей очень важна и такая информация, потому что это давало им представление о том, что происходит на месте трагедии и что именно делается для их близких.

Родственники погибших и пропавших без вести задавали психологам много вопросов: «Если работает такое количество сил, техники и водолазов, почему все происходит так медленно? Что будет дальше? В каком порядке будет происходить процедура опознания? Что нужно сделать сейчас, какие принести документы, чтобы получить компенсацию?» И так день за днем, шаг за шагом психологи поддерживали каждую семью. В один из острых моментов для родственников тех людей, чья судьба оставалась неизвестной, был организован выезд непосредственно на место проведения поисковой операции. Специалисты подробно рассказали о том, как проводятся работы по поиску людей, объяснили какие-то технологические особенности. Ответственность психологов заключается не только в том, чтобы поддержать людей в сложный период переживания горя, но и помочь найти силы жить дальше. Какой бы ни была тяжелой ситуация, в которой оказались пострадавшие семьи, жизнь продолжается, и дальше каждой из этих семей предстоит научиться жить с тем, что произошло.

Не каждый психолог сможет работать в условиях чрезвычайной ситуации. Как показывает практика, одних профессиональных знаний и даже специальной подготовки недостаточно, здесь большую роль играют личные качества каждого специалиста, неравнодушие, искреннее желание помочь пострадавшим людям, активная жизненная позиция.

- Представьте человека, у которого случилось горе. Не каждый решится подойти и попробовать помочь, зачастую это просто психологически сложно, страшно, непонятно о чем с ним разговаривать, - рассказывает Юлия Шойгу. - Умение перешагнуть через свои собственные тревоги и страхи, подойти к человеку и суметь с ним говорить о том, что произошло, сказать правду в сложных ситуациях, иногда совсем не ту, которую ждут люди, и объяснить теми словами, которые они смогут услышать и принять - это профессионализм психолога. Я считаю, что люди, которые потеряли своих близких, имеют право знать ситуацию такой, какая она есть на данный момент.

Экстренная психологическая помощь, по мнению специалистов, сравнима со скорой медицинской - чем быстрее она будет оказана, тем больше шансов, что человек сохранит свое психологическое здоровье и сможет вернуться к нормальной жизни.

За время работы специалистами МЧС России экстренная психологическая помощь была оказана при 1381 обращении, на телефон горячей линии поступило 766 звонков и в более чем 1600 случаях людям понадобилась информационно-психологическая поддержка.

Наталья ЛУКАШ

 

 

Наша справка: Оказание экстренной психологической помощи пострадавшим в чрезвычайных ситуациях - функция МЧС России, утвержденная Указом Президента Российской Федерации. Именно поэтому еще одной задачей сотрудников психологической службы Министерства является организация работы психологов местных служб, других структур и ведомств в период ликвидации последствий ЧС. Как правило, их включают в общую группировку психологов, а более опытные специалисты оценивают их готовность работать, профессиональный уровень, рассказывают о специфике деятельности в условиях ЧС и привлекают на те участки, на которых они могут справиться. По завершении активной фазы поисково-спасательных работ люди, нуждающиеся в дальнейшей помощи, передаются специалистам местных служб, которые работают с ними в плановом режиме.

Не оставляют без своего внимания психологи и сотрудников МЧС России, участвующих в ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. После тяжелых и сложных операций все специалисты проходят постэкспедиционное обследование. В случае необходимости они могут пройти курс психологической коррекции или реабилитации, направленные на решение проблем, возникших в связи с исполнением профессиональных обязанностей.