«Блаженны чистые сердцем,ибо они Бога узрят»

Эта Цитата высечена на камне перед входом в парк. Это недалеко от музея-усадьбы Тютчевых «Мураново», что в Пушкинском районе Подмосковья, рядом с источником «Барский колодец», который несколько лет назад был освящен в честь Казанской иконы Божьей Матери. Обнесенная забором территория парка представляет собой сеть мощеных дорожек, по краям которых постоянно встречаются маленькие скульптурки ангелочков. Несколько деревянных мостиков перекинуты через ручей с прозрачной родниковой водой. Есть также два пруда - большой и маленький. Около маленького наблюдаю небольшое детское столпотворение.

Кто-то рано утром привез и оставил здесь восемь чудных беспородных щенков. Малышам едва исполнился месяц. Они смешно бродят на своих неокрепших ножах и доверчиво тыкаются мокрыми носами в детские ладошки. У детворы щенки вызвали непередаваемый восторг. Их тискают, целуют, таскают по всей площадке, ни на минуту не выпуская из рук.

- Мама, можно я возьму себе вот этого щеночка? - спрашивает трехлетняя девочка. Кроме бегающих живых щенят, на каждой скамейке сидят десятки игрушечных зайчиков, медвежат, щенков, жирафов и слонят. - Откуда здесь все это? - спрашиваю у мальчика лет десяти, одетого в полосатую тельняшку. - Люди приносят. Если кому-то они не нужны, то их сюда свозят. А вон те новые игрушки местный священник принес, отец Феофан. - Тебе здесь нравится? - Очень. Тут интересно. Кораблики есть где запускать. Морские бои устраивать...

Наш разговор прерывает мама мальчика. Она приехала за ним на велосипеде и еле уговорила его пойти домой в обмен на обещание отпустить обратно сразу же после обеда. Хорошо, что в этот воскресный день детей в парке не меньше, чем игрушек. Иначе зрелище медленно крутящейся карусели, на которой вместо детей сидят огромные медведи и львы, и безжизненной песочницы с нетронутыми совочками и формочками, было бы просто невыносимо.

- Давно здесь этот парк? - спрашиваю я у седого мужчины, задумчиво сидящего на скамейке в глубине парковой зоны. - Давно. - отвечает он мне. - Насколько помню, с 2006-го. Это пять лет назад  получается. Тут отец Феофан всем заведует. Он и «Барский колодец» в порядок  привел, и вот эту территорию облагородил. - А почему парк назвали именно «Памяти бесланских детей»? - продолжаю допытываться я. - Этого я вам сказать не могу. Спросите в часовне.

По дороге к часовне встречаю мемориальную стелу. Четыре грани с шестью мраморными табличками - на каждой стороне. На них - имена и фамилии тех детей, учителей и взрослых, кто погиб 3 сентября 2004 года в школе № 1 североосетинского города Беслана. Всего 335. Стелу венчает ярко горящий на солнце золотой купол с крестом. Около монумента всегда живые цветы и все те же детские игрушки. Среди всей этой пестроты в глаза бросается нарисованный цветными карандашами портрет мальчика. Глаза ребенка полны скорби и, кажется, еще мгновение и они заплачут. - Эту картину там один итальянский художник оставил, - рассказывает мне матушка Александра, которую я нашел в храме-часовне во имя Казанской иконы Божьей Матери, возведенной совсем рядом с Парком памяти. - Он вместе с целой итальянской делегацией здесь был. Присел там на минутку, нарисовал этот портрет да там его и оставил. А вообще, у нас здесь много людей разных бывает. Недавно вот артист известный приезжал. Пореченков. Слава богу, что в нашей стране есть и артисты, и журналисты, и поэты, и писатели, которые патриоты своей Родины и которые занимаются благотворительными делами. Да и батюшка наш, отец Феофан, старается вести нас в правильном русле. В Беслане об этом парке знают. По словам матушки, с самого открытия каждый год в сентябре ждали представителей Комитета «Матери Беслана». И вот в прошлом году они приехали. «Мы ехали и думали, что там может быть такого, на краю какой-то подмосковной деревни? А когда увидели это, то сказали: «Теперь мы знаем, где души наших детей обитают. Им здесь хорошо».

Каждое первое сентября здесь проходит День памяти погибших детей Беслана. Из самых разных школ дети приезжают: из Пушкина, Хотькова, из Софрина, конечно. Даже из Москвы. Дети читают стихи, поют песни, рисуют плакаты разные «Нет террору - нет войне!». - А чья это все идея? Кто это все проводит? - Так батюшка-настоятель наш и проводит. Игумен Феофан. Не один, конечно, а с помощниками и с Божьей помощью. Он у нас подвижник великий и труженик. За 15 лет, что он здесь служит 11 храмов и часовен восстановил и открыл. Слава богу, по округе у нас сейчас ни одного храма нет в запустении, все действующие! Прошу помочь мне встретиться с настоятелем.

- Постараюсь, но не обещаю. У батюшки дел очень много. Он ведь у нас еще и полковой священник. Отвечает за взаимодействие с воинскими частями по нашему Пушкинскому церковному округу. Пока матушка Александра договаривается по телефону с помощником игумена, отправляюсь на родник «Барский колодец». Как оказалось, в этом месте из-под земли бьет не один чудо-источник, а сразу несколько. Над одним оборудован резной колодец, над другим воздвигнута купальня с двумя отдельными входами - для мужчин и женщин. Вокруг третьего выложена красивая каменная кладка, в которую вмурована икона Казанской Божьей Матери. Повсюду - резные мостики-переходы, и храм-часовня венчает картину, как на картинке. Видно, с какой любовью и заботой обустроена территория. Очередь из желающих набрать чистой родниковой воды или искупаться в источнике почти не иссякает.. Спасибо матушке Александре, встреча с игуменом Феофаном состоялась в тот же день. Невысокого роста, среднего телосложения. Я воображал себе этакого большого и могучего священнослужителя, одним своим появлением способного успокоить души страждущих. Единственное, что выдавало в настоятеле человека решительного и целеустремленного - это его умные и проницательные глаза.

- Почему парк? В честь погибших бесланских детей? - задаю отцу Феофану давно мучающий меня вопрос. - Восстанавливая храмы, созидая заново те или иные святые места, мне всегда хотелось, чтобы люди не просто их посещали, приобщались к святыням, но и могли обогатиться духовно, получить что-то назидательное, о чем-то задуматься. Иначе говоря, чтобы каждое святое место имело свое воспитательное значение. В последние годы мы видели много разных трагедий, но эта - все равно стоит в каком-то особом ряду. Тут гибель невинных детей. Я был на Кавказе по делам церкви именно в те дни. Кроме того, Господь сделал так, что я познакомился с людьми, которых напрямую коснулась эта трагедия. И у меня родилась мысль создать этот парк, чтобы живые помнили об этой трагедии и никогда не забывали это страшное злодеяние. Каждый из нас может и должен что-то сделать, чтобы таких событий не было. Это не должно входить в привычку, когда болезни, страдания, горести становятся общепринятой нормой жизни. Сейчас люди начинают к этому привыкать. Это неправильно. Каждое такое событие должно пробуждать в душе человека острое желание таким явлениям противостоять, хотя бы в тех масштабах, в каких он может. После встречи и беседы с игуменом Феофаном я в очередной раз убедился, что великие и благородные дела не совершаются сами по себе. За каждым из таких дел стоит конкретный человек, который по зову души и по велению сердца расчищает вокруг себя пространство и созидает на нем что-то Великое, Доброе, Вечное. А еще такие люди свои подвижническим примером вдохновляют на хорошие поступки других.

В следующее воскресенье обязательно приеду сюда, в Мураново, вместе с моей пятилетней дочерью. Привезем ненужные ей больше игрушки и зажжем поминальные свечи в память о невинно убиенных детях Беслана.

 

Ключевые слова: Журналист, Теракты