В последние годы к подготовке к летнему пожароопасному периоду в поселениях стали относиться заметно серьезнее

Виктор Баженов
начальник службы безопасности полетов Красноярского авиационно-спасательного центра МЧС России, летчик 1-го класса

Как готовятся летчики-спасатели к пожароопасному периоду, какие задачи выполняет современная спасательная авиация, с чем сталкиваются наши пилоты в своей работе рассказывает начальник службы безопасности полетов Красноярского авиационно-спасательного центра МЧС России Виктор Баженов.

Летчик 1-го класса Виктор Баженов закончил Сызранское высшее военное авиационное училище летчиков. Служил в составе смешанной авиационной эскадрильи в погранвойсках на Дальнем Востоке. В 1998 г. перешел на службу в чрезвычайное министерство. На счету боевого командира десятки спасательных и поисковых операций. Награжден государственными наградами – орденом Мужества, медалью «За спасение погибавших», медалью Нестерова, а также ведомственными наградами.

Из новостных выпусков не всегда можно понять, как тушат лесные пожары одновременно с воздуха и с земли. Авиация и лесники не мешают друг другу?

На тушении лесных пожаров мы всегда работаем вместе. Берем на борт летчика-наблюдателя от лесоохраны, держим связь с руководителем тушения пожара на земле. Наблюдатель проводит как бы аэрофотосъемку — фиксирует форму и площадь пожара, передает информацию своим наземным коллегам. После этого принимается решение: делать отжиг или сбивать пожар, перебрасывать людей на тот или иной участок, доставлять воду и т.д. Наша основная задача — предотвратить переход пожара на населенные пункты, объекты экономики и инфраструктуры.

В последние годы к подготовке к летнему пожароопасному периоду в поселениях стали относиться заметно серьезнее. Деревни, летние лагеря, предприятия в лесной зоне все опаханы, и не по одному разу. С неба эта полоса выглядит прямо как госграница! А бывает и так, что лесному пожару, особенно при сильном ветре, и опашка шириной до сотни метров не преграда.

Работа воздушного судна на лесном пожаре требует постоянной связи с землей. Наземные службы корректируют и направляют пилотов, в некоторых случаях перенацеливают нас прямо в воздухе. Такое случается, например, при переходе низового пожара в верховой, когда огонь идет по кронам деревьев, иногда с огромной скоростью.

Чем характерно реагирование на чрезвычайную ситуацию такого рода?

Тут уже поднимается не только авиация, а задействуются все, кто есть. Оперативно определяются параметры пожара, и вся группировка сил начинает интенсивно работать. Самолеты сбивают пламя с крон, рассекают пожар на части. Налетают вертолеты с водосливными устройствами, локализуют очаги, сокращая их площадь, не позволяя распространяться. Подходит наземная группировка, чтобы дотушить огонь, выявить и ликвидировать скрытые очаги. Без наземных служб работа авиаторов не приведет к желаемому результату. Иногда полоса слива получается с разрывами — из-за густой кроны деревьев, или в буреломе очаг не залить с воздуха и т.п. А работа в наземных группах очень тяжелая. Им приходится и ранцевыми огнетушителями пользоваться, и копать землю, и опорные полосы делать. Лесная подстилка для пожара — как еда на пиру, горит весело. В одном месте вроде бы тушили, а огонь под мхом тлеет, ползет и через десяток метров вылезет наружу. Чтобы гарантированно потушить пожар и не дать ему выйти за отсечную полосу, наземным силам приходится делать разрывы, копать канавы, убирать мох, сухостой, валить лес при встречном пале. Случалось и самих лесников спасать. Работают ребята, тушат пожар, а их раз! - и обошел огонь. По рации связались с землей, сообщили им об этом. Вертолет лезет в дым. Спустил лебедку, выдернул людей. Тут уж не до имущества. Бывает, на дороге кого огнем отсечет на технике. Зависнешь сверху над ним и по рации кричишь: «Тебе направо, через лес!» Он на тракторе по бурелому выбирается из огненного кольца. На земле-то в дыму ничего не видно. Словом, без взаимовыручки — никуда.

Насколько опасен лесной пожар для авиации?

Опасна ограниченная видимость. Во время тушения лесных пожаров, например, в Томской области мы знали, что при полете на высоте 100–200 м нам ничто не угрожает — кругом равнина. А вот в Бурятии или в Иркутской области уже надо смотреть в оба, потому что там есть и горы высотой до 2 тыс. м. От рельефа местности зависит и способ слива воды. Если пожар на равнине, то здесь легче: прошел над кромкой пожара, сбросил воду и плавно — на разворот. А если местность гористая, то тут надо точно рассчитывать, чтобы и воду нормально сбросить, и от гор увернуться либо аккуратно перескочить их.

Иногда из-за плохой видимости мы даже не можем применять водосливные устройства. В частности, когда горят лиственные леса, то это повышенная плотность дыма. Или скачки температуры при переходе низового пожара в верховой. Тут и помпаж двигателей может случиться — перебои в работе, падение тяги. Прямо в очаг можно упасть. И такие случаи были. А когда мы получаем задачу доставить пожарных-десантников в район природных пожаров, то, как правило, возникает проблема отсутствия посадочных площадок. Тайга в Сибири местами как зеленое одеяло, без единого просвета. И приходится спускать десантников на спусковых устройствах, чтобы они оборудовали площадку. Подчас садимся даже на дорогах.

Кто и как принимает решение о необходимости задействовать авиацию при ЧС или каком-то происшествии?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, попробуем посмотреть на ситуацию глазами руководителя. Получив информацию о ЧС или происшествии, он прежде всего оценивает обстановку: что произошло и где; каково географическое положение района ЧС; далеко ли место происшествия от населенных пунктов; есть ли угроза жизни людей. Если дорог нет, то однозначно применение авиации. Следующий шаг: какие типы воздушных судов привлекать? В случае паводка самолеты нужны только для доставки сил в район ЧС, а непосредственно в зоне бедствия работают вертолеты. Так было, например, при наводнении в Алтайском крае и Республике Алтай в 2014 г. Самолеты доставляли в субъект спасателей, а вертолеты снимали людей с крыш затопленных домов, завозили продовольствие.

Совсем другое дело, если это лесные пожары. Тут сразу есть дело для всех. Прежде всего необходимо как можно быстрее доставить оперативную группу с руководством для организации работы на месте. Пока в дежурной смене идет обработка информации, техники на аэродроме уже готовят машины к вылету и т.д.

Расскажите, пожалуйста, об уникальной спасательной операции в горах Алтая, когда в узком ущелье вы сумели посадить вертолет и вывезти оттуда пострадавшего. Насколько оправдан подобный риск?

При полетах в горах требуется учитывать ряд дополнительных факторов, в первую очередь разреженность воздуха. Если на равнине превышение над уровнем моря, скажем, 250–300 м, то в горах это уже 2–3 тыс. м, что влияет на характер работы двигателей вертолета. Учитывается и характер гор — сглаженные они или скалистые. Кроме того, важно направление воздушных потоков и др.А в тот раз, о котором вы говорите, поиск был недолгим. На борту находились спасатели, хорошо знающие местность. Туристов мы обнаружили в ущелье, загроможденном сошедшими обломками скал. Сесть там было невозможно, поэтому стали искать место, где можно было бы поставить хоть одно колесо шасси. Поставили вертолет на одно колесо и держали так машину, пока спасатели высаживались. После этого отлетели и ждали, пока к этому же месту на носилках принесут пострадавшего. Затем снова поставили винтокрыл колесом на валун, а спасатели задвинули носилки внутрь машины и запрыгнули в нее сами. Замечу, что во время посадки спасателей штурман лежал на полу пассажирского отсека и, высунувшись наружу, неотрывно смотрел под днище вертолета, корректируя наши действия по внутренней связи. Безусловно, горы требуют к себе уважения. Летишь, к примеру, по ущелью и вдруг — стена перед тобой. И кажется, будто места так мало, что ни повернуть, ни развернуться. Без опыта в такой ситуации легко растеряться. Сразу возникает много вопросов, и на ходу ищешь пути решения. Голова должна соображать быстро. Вылетая на спасение людей, мы не всегда знаем, какие условия нас ждут, и приходится быстро принимать решение на месте. Но цена такого риска — человеческая жизнь. Вот это и оправдывает нашу работу.

В последнее время участились случаи применения авиации для поиска людей — туристы, грибники, охотники, рыбаки. Складывается ощущение, что это уже не вертолет спасателей, а некий "рейсовый автобус"...

Это только на первый взгляд! Не бывает одинаковых спасательных операций, одинаковых мест, где приходится действовать экипажам вертолетов. Результат работы зависит от взаимопонимания и эффективного сотрудничества пилотов и спасателей. Последние помогают нам искать людей на сложном рельефе. Их знания о районе поиска очень ценны. Они знают дорожную сеть, тропы в горах, возможные риски, маршруты туристов, предпочтительные способы оказания помощи в каждой конкретной ситуации. А пилоты, в свою очередь, стараются максимально помочь спасателям в их операциях.

В моей практике был случай, когда пришлось спасать людей на Байкале, где перевернулась лодка с рыбаками. Мы прилетели на место, и я понял, что нужно высаживать спасателей в воду, а затем поднимать их и пострадавших рыбаков лебедкой. Было ясно, что если там нет ветра, и он не «смягчит» воздушный поток от винтов, то людям внизу придется худо. И мы со старшим группы спасателей условились, что первым заходом я высажу их и отлечу метров на двадцать, пока спасатели прицепят к себе находящихся в воде людей, а вторым заходом подниму всех на борт лебедкой. Так и сделали, и получилось все благополучно. В этом и состоит работа спасателей.

Вы — военный летчик. Работа в МЧС потребовала от вас каких-то новых знаний и умений?

При таком разнообразии ландшафта, как в Сибири, пилотам спасательной авиации просто необходимо импровизировать. А лучшая импровизация, как известно, та, которая тщательно подготовлена. В МЧС к подготовке пилотов относятся очень серьезно. Процесс их обучения непрерывен. И важную роль в этом играет наставничество.Я пришел в МЧС России в 1998 г., и мое погружение в профессию летчика спасателя проходило под руководством опытных наставников Рафаиля Шакуровича Закирова, Сергея Александровича Федорова, Сергея Ивановича Лободы, Юрия Александровича Кравченко, Сергея Михайловича Зубова. С их помощью я многому научился и сейчас сам стараюсь передавать свои знания и опыт молодым пилотам.

Сибирь позволяет наработать опыт полетов и спасательных операций практически в любых условиях. Как говорится, к вашим услугам здесь горы и тайга, степи и обширные акватории, приполярная тундра и ледовые поля океана. Шаблонных полетов не бывает. Поднимаясь в воздух, чтобы спасти людей, ты не всегда представляешь, что ожидает тебя на месте. Правильно оценить возможности техники и свои силы, взвесить различные факторы и предугадать все возможные риски, и только после этого принять решение — вот в чем состоит работа спасателя-авиатора МЧС. И все это — работа творческая!

 

Материал подготовлен пресс-службой СРЦ МЧС России