Помоги МЧС медиа стать лучше!

Наша основная боевая единица - это отделение скорой медицинской помощи. Бригады наших врачей поступают на усиление клиник Минздрава или отряда Центроспас, когда необходимо подключение высокотехнологичного оборудования

Сергей Алексанин
директор Всероссийского центра экстренной и радиационной медицины им. А. М. Никифорова МЧС России

Сергей Алексанин, директор Всероссийского центра экстренной и радиационной медицины им. А. М. Никифорова МЧС России, рассказал в интервью главному редактору газеты «Спасатель» Виталию Дьячкову о том, чем чаще всего болеют спасатели и пожарные, о важности диспансеризации, оказании экстренной и высокотехнологичной помощи, а также о многолетней дружбе с футболистами «Зенита».

— Сергей Сергеевич, вы руководите центром второй десяток лет. Что за эти годы было самым сложным и что можете внести в личный список главных достижений?

— Конечно, строительство клиники № 2. Четыре года прошли без отпусков и выходных. В результате все состоялось на должном уровне, и это самое большое достижение нашего центра.

— Вы, без преувеличения, знаете все о здоровье спасателей и пожарных. В этом вам помогает медико-социальный регистр сотрудников МЧС России. Как он составляется и о чем может рассказать?

— Для принятия организационных решений необходимо иметь полноценную информацию о состоянии здоровья прикрепленного контингента. Для этого и был создан регистр. Сведения собираются с мест по итогам диспансеризации и стекаются к нам, обрабатываются, затем проводится их анализ, на основании которого готовится ежегодный доклад о состоянии здоровья личного состава МЧС России. Отмечу, что раньше в системе существовала стройная вертикаль медицинского персонала. Сейчас в главных управлениях порой отсутствуют медики, поэтому качество информации, которая должна поступать в регистр, несколько снизилось. В ближайшее время руководством министерства будет рассматриваться вопрос восстановления прежней системы. Преимущество в назначении на медицинские должности в главках будет отдаваться медицинским работникам, которые способны предоставлять достоверную и объективную информацию. По ней мы сможем судить о тенденциях изменения состояния здоровья личного состава и выносить соответствующие рекомендации и предложения.

— Какие тенденции прослеживаются сейчас в состоянии здоровья пожарных и спасателей?

— На первом месте идут заболевания респираторной системы, затем сердечно-сосудистой системы, органов пищеварения, опорно-двигательного аппарата. Эта ведущая группа остается из года в год примерно без изменений. Информация об уровне заболеваемости претерпевает некоторые количественные преобразования, но это зависит от эпидобстановки в стране, а она каждый год различная. В целом же не приходится говорить о каких-то серьезных проблемах, связанных с состоянием здоровья спасателей и пожарных.

Что представляет собой связка диспансеризация — госпитализация? Как она работает?

— В каждом конкретном случае по результатам диспансеризации, по обращениям или при выявлении заболевания принимается решение о дальнейшем лечении. Понятно, что заболевания возникают разные, и задача ВЦЭРМа — максимально помочь пациенту, если по месту его проживания нет такой возможности. Например, недавно к нам был направлен спасатель из Коми с онкологическим заболеванием. В любом случае решение о направлении на госпитализацию остается за командиром или начальником подразделения. Это происходит без проволочек.

 — Оказывает ли ВЦЭРМ помощь сотрудникам МЧС, пострадавшим на пожарах или при чрезвычайных ситуациях?

— Все зависит от того, где это произошло. Если в Санкт-Петербурге, то пациент машиной скорой помощи доставляется к нам. Если в другом городе, то для принятия решения об экстренной эвакуации необходимо сначала провести диагностику состояния пострадавшего. Стационар связывается с нами, уточняет, возможна ли перевозка. Мы оцениваем состояние пациента по материалам, которые высылаются нам. Недавно, например, был случай эвакуации из Твери: пожарный, правда, во внеслужебное время, получил огнестрельное ранение. Понятно, что ситуации бывают разные, но независимо от расстояния мы, когда есть такая возможность, идем навстречу, принимаем решение о лечении в условиях специализированного стационара и обеспечиваем доставку пострадавших нашими бригадами или силами отряда Центроспас.

— Экстренная помощь — это неизменная специализация центра на протяжении всех лет его существования. В чем ваши сильные стороны?

— Наша основная боевая единица — это отделение скорой медицинской помощи. Помимо экстренной и плановой работы по гарнизону, оказания помощи на дому, бригады привозят пациента из аэропорта, если тот доставляется санитарной авиацией МЧС России, и сами принимают участие в медицинских эвакуациях из других регионов страны, ближнего и дальнего зарубежья.

Кроме того, бригады наших врачей поступают на усиление клиник Минздрава или отряда Центроспас, когда необходимо подключение высокотехнологичного оборудования, когда требуется обеспечить стабилизацию пациента, надежную его транспортировку в лечебное учреждение. К примеру, недавно эвакуировали из Карелии 15-летнюю девочку с пневмонией. Без технологий, которые были применены, ее неминуемо ждал летальный исход.

— Как сработал механизм реагирования?

— Территориальный орган здравоохранения отправил в Минздрав обращение о необходимости оказания помощи пациенту в специализированном стационаре с наличием оборудования экстракорпоральной мембранной оксигенации. Было принято решение об эвакуации. Первоначально планировалась доставка в Москву, но так как есть возможность оказания помощи в Петербурге, то девочку с помощью авиации СЗРЦ МЧС России эвакуировали в клинику педиатрического университета при непосредственном участии наших специалистов. Опытом такой работы в стране мало кто обладает.

В случае ЧС, если есть необходимость доставить пострадавшего, вертолет забирает нашу реанимационную бригаду. На месте происшествия человеку оказывается помощь, проводится его стабилизация. Благодаря высокотехнологичному оборудованию практически в любой ситуации сегодня можно перевести пациента из нетранспортабельного в транспортабельное состояние. Этот показатель доведен до 90%.

— Сегодня много говорят о высокотехнологичной медицинской помощи. Кто на нее может рассчитывать?

— Прежде всего отмечу, что расходы на нее компенсируются из различных источников финансирования. Для нашего центра они заложены в плане госзадания, которое ежегодно формируется нам как государственному бюджетному учреждению. Там есть специальный раздел, посвященный высокотехнологичной медицинской помощи. В зависимости от финансирования мы планируем объем операций. Могу сказать, что в год по этому направлению в рамках госзадания делается от 500 до 1000 операций. Также мы получаем квоты на выполнение этих операций от Минздрава. Их стараемся использовать так, чтобы максимальное количество сотрудников министерства получило необходимую помощь. И третий источник финансирования — средства из фонда ОМС.

Принимаем и жителей Санкт-Петербурга, и пациентов из других регионов. Можем оказывать такую помощь по направлению лечебных учреждений субъектов РФ.

В общей сложности у нас выполняется около трех тысяч высокотехнологичных операций в год.

— Какие виды высокотехнологичной помощи оказывает центр?

— Например, в кардиохирургии — аортокоронарное шунтирование при хронических заболеваниях сосудов сердца, стентирование крупных сосудов, протезирование клапана сердца. Это также операции при острых нарушениях мозгового кровообращения по ишемическому и геморрагическому типу. Это лечение дегенеративных заболеваний опорно-двигательного аппарата, протезирование суставов. Проводим операции по пересадке костного мозга. Они осуществляются на базе отделения гематологии и радиационной медицины. Это подразделение обеспечивает нашу готовность к ядерным чрезвычайным ситуациям. Благо их нет, и отделение решает проблему лечения онкогематологических больных после соответствующего курса химиотерапии, когда требуются особые условия пребывания в стационаре. Одним из первых наших пациентов по этому направлению был спасатель из Вологодской области. Мы его благополучно прооперировали, а в лечебном учреждении по месту проживания ему хотели удалять селезенку, хотя по большому счету требовался другой подход.

Проводятся у нас также абдоминальные и торакальные операции, вмешательства на органах зрения.

В целом практически каждая специальность имеет в своем арсенале высокотехнологичные виды помощи.

Иногда пожарным и спасателям требуется не лечение, а реабилитация. Какие возможности в этом плане есть у вас?

— В центре есть возможности ранней реабилитации, которые мы предусмотрели при строительстве второй клиники. Они позволяют начинать реабилитацию уже в отделении реанимации и интенсивной терапии. Таким образом, достигается возможность сокращения сроков пребывания пациентов в стационаре, лечения, восстановления, возвращения к профессиональной деятельности. Мы активно этим пользуемся. Кроме клинического звена, у нас есть направление, связанное с оздоровлением после выполнения спасательных операций. После проверки состояния здоровья в случае необходимости пациент отправляется на стационарную реабилитацию — к нам или в Кисловодский специализированный реабилитационный центр, а также в подмосковные пансионаты «Солнечный» или «Спасатель». Сейчас появилась возможность прохождения реабилитации в Вытегре, там центр небольшой, на 25 мест, но и он способен предоставить квалифицированную помощь. Отмечу, что реабилитация спасателей и пожарных проводится бесплатно, но для направления на нее требуется разрешение руководителя подразделения с соответствующим медицинским заключением.

Появится ли филиал ВЦЭРМ в Москве?

— Я очень надеюсь, потому что это, безусловно, скажется на качестве оказания медицинской помощи нашему контингенту. Порой работающим в Москве сложно отвлечься на поездку, чтобы пройти углубленное медицинское обследование в Санкт-Петербурге. Появление столичной клиники позволило бы решать ряд проблем на месте. Сейчас приходится это делать амбулаторно в 72-й поликлинике или в лечебных учреждениях других ведомств. Но лечение намного эффективнее в стенах ведомственной клиники по той простой причине, что у любого профессионального контингента есть специфика работы, которая ведомственным медикам лучше знакома.

— Согласно данным ВЦИОМ за последнее время в стране снизилось доверие к врачам. В чем, по-вашему, причины этого?

— Наверное, прежде всего, в снижении профессионализма. В медицину вливаются новые кадры, а качество образования ухудшается. Наверняка сказывается и загруженность врачей, которые не всегда на приеме могут уделить достаточно времени пациенту. Порой прием из-за этого превращается в пустую формальность. Трудно, наверное, и попасть к врачу. Это комплексная проблема. Как вернуть доверие? Возможно, будущее за семейными врачами. Но пока, как правило, это частная практика.

Сегодня медицина работает по стандартам. Возможно, это тоже не способствует доверию врачам.

— Стандарты определяют финансовые возможности оказания медицинской помощи. Например, есть определенный перечень исследований, которые может получить пациент. Попав в стационар, человек, имеющий несколько заболеваний, не получает должной помощи, поэтому у него остается некая неудовлетворенность. Врач регламентирован стандартом, и любой шаг в сторону непозволителен. Клиника не получит средств из фонда ОМС, если будет работать вне стандартов.

Мы в этом плане выгодно отличаемся, поскольку не ограничиваемся оказанием медицинской помощи по одной нозологической форме. И потому, кстати, мы были всегда привлекательны для такого контингента, как ликвидаторы аварии на Чернобыльской АЭС, поскольку подходим комплексно к оценке состояния их здоровья и лечения.

— Уж коль мы затронули проблему медицинского образования, то где вы находите кадры для Центра?

— Как правило, стараемся принимать на работу людей с опытом, с определенными рекомендациями в послужном списке. Некоторые проходят у нас подготовку в рамках клинической ординатуры или аспирантуры, если нам нужен какой-то специалист. Пытаемся пропустить его через наш Институт последипломного образования.

Впереди чемпионат мира по футболу. Медики МЧС будут привлекаться к обеспечению его безопасности?

— На Кубке конфедераций в этом году мы работали в составе мобильных бригад. Поскольку находимся недалеко от стадиона, где пройдут матчи, то на нашей площадке будет базироваться вертолет. Плечо доставки пациентов при этом оказывается минимальным. Клиника на время чемпионата перейдет на режим полной готовности принять пострадавшего с территории Крестовского острова.

Сами пойдете на футбол?

— Я не такой уж активный болельщик.

Но за «Зенит» болеете?

— Конечно, но времени нет, чтобы ходить на стадион. С «Зенитом» у нас особые отношения. Мы одно время были базой, на которой футболисты клуба проводили сезонные обследования. И до сих пор, если есть необходимость, обращаются к нам за консультацией. У наших сотрудников много сувениров и мячей с автографами игроков. Был один сезон, когда они завоевали сразу три кубка и привозили их к нам, чтобы мы сфотографировались. К юбилею центра клуб подарил футболки «ВЦЭРМ-25». Так что мы в форме!